Неточные совпадения
Приятной даме очень хотелось выведать
дальнейшие подробности насчет похищения, то есть
в котором часу и прочее, но многого захотела.
— Поприще службы моей, — сказал Чичиков, садясь
в кресла не
в середине, но наискось, и ухватившись рукою за ручку кресел, — началось
в казенной палате, ваше превосходительство;
дальнейшее же теченье оной продолжал
в разных местах: был и
в надворном суде, и
в комиссии построения, и
в таможне.
Просто ли для характеристики лица или с
дальнейшею целью: задобрить меня
в пользу господина Лужина?
Наконец, некоторые (особенно из психологов) допустили даже возможность того, что и действительно он не заглядывал
в кошелек, а потому и не знал, что
в нем было, и, не зная, так и снес под камень, но тут же из этого и заключали, что самое преступление не могло иначе и случиться, как при некотором временном умопомешательстве, так сказать, при болезненной мономании убийства и грабежа, без
дальнейших целей и расчетов на выгоду.
Но все эти заботы не выходили пока из магического круга любви; деятельность его была отрицательная: он не спит, читает, иногда подумывает писать и план, много ходит, много ездит.
Дальнейшее же направление, самая мысль жизни, дело — остается еще
в намерениях.
Способный от природы мальчик
в три года прошел латынскую грамматику и синтаксис и начал было разбирать Корнелия Непота, но отец решил, что довольно и того, что он знал, что уж и эти познания дают ему огромное преимущество над старым поколением и что, наконец,
дальнейшие занятия могут, пожалуй, повредить службе
в присутственных местах.
Наслаждался внутреннею тишиною, внешних врагов не имея, доведя общество до высшего блаженства гражданского сожития, — неужели толико чужды будем ощущению человечества, чужды движениям жалости, чужды нежности благородных сердец, любви чужды братния и оставим
в глазах наших на всегдашнюю нам укоризну, на поношение
дальнейшего потомства треть целую общников наших, сограждан нам равных, братий возлюбленных
в естестве,
в тяжких узах рабства и неволи?
Как
в темной храмине, свету совсем неприступной, вдруг отверзается дверь и луч денный, влетев стремительно
в среду мрака, разгоняет оный, распростирался по всей храмине до
дальнейших ее пределов, — тако, увидев суда, луч надежды ко спасению протек наши души.
— Возвести до
дальнейших пределов моея области, — рек я хранителю законов, — се день рождения моего, да ознаменится он
в летописях навеки отпущением повсеместным.
Первый, которому на мысль пришло уподобиться природе
в ее благодеяниях и сделать реку рукодельною, дабы все концы единыя области
в вящее привести сообщение, достоин памятника для
дальнейшего потомства.
И так изобретенное на заключение истины и просвещения
в теснейшие пределы, изобретенное недоверяющею властию ко своему могуществу, изобретенное на продолжение невежества и мрака, ныне во дни наук и любомудрия, когда разум отряс несродные ему пути суеверия, когда истина блистает столично паче и паче, когда источник учения протекает до
дальнейших отраслей общества, когда старания правительств стремятся на истребление заблуждений и на отверстие беспреткновенных путей рассудку к истине, — постыдное монашеское изобретение трепещущей власти принято ныне повсеместно, укоренено и благою приемлется преградою блуждению.
— Ну, потерял так потерял, — сказал Этьен, уклоняясь от
дальнейших объяснений, — что стоит ему кнут, так я и заплачу. Вот уморительно! — прибавил он, подходя ко мне и увлекая меня
в гостиную.
Вронский понял, что
дальнейшие попытки тщетны и что надо пробыть
в Петербурге эти несколько дней, как
в чужом городе, избегая всяких сношений с прежним светом, чтобы не подвергаться неприятностям и оскорблениям, которые были так мучительны для него.
— Очень хорошо-с, — проговорил он. —
Дальнейших объяснений не нужно. Вам пришла фантазия испытать на мне свой рыцарский дух. Я бы мог отказать вам
в этом удовольствии, да уж куда ни шло!
Он играл ножом для разрезывания книг, капризно изогнутой пластинкой бронзы с позолоченной головою бородатого сатира на месте ручки. Нож выскользнул из рук его и упал к ногам девушки; наклонясь, чтоб поднять его, Клим неловко покачнулся вместе со стулом и, пытаясь удержаться, схватил руку Нехаевой, девушка вырвала руку, лишенный опоры Клим припал на колено. Он плохо помнил, как разыгралось все
дальнейшее, помнил только горячие ладони на своих щеках, сухой и быстрый поцелуй
в губы и торопливый шепот...
От
дальнейшего спас Клима Дронов, — он вбежал
в комнату так, как будто его сильно толкнули
в спину, взмахнул шапкой и пронзительно объявил...
Между тем наступило 1-е октября — день храмового праздника
в селе Троекурова. Но прежде чем приступим к описанию сего торжества и
дальнейших происшествий, мы должны познакомить читателя с лицами для него новыми или о коих мы слегка упомянули
в начале нашей повести.
Вчера, 17-го, какая встреча: обедаем; говорят, шкуна какая-то видна. Велено поднять флаг и выпалить из пушки. Она подняла наш флаг. Браво! Шкуна «Восток» идет к нам с вестями из Европы, с письмами… Все ожило. Через час мы читали газеты, знали все, что случилось
в Европе по март. Пошли толки, рассуждения, ожидания. Нашим судам велено идти к русским берегам. Что-то будет? Скорей бы добраться: всего двести пятьдесят миль осталось до места, где предположено ждать
дальнейших приказаний.
Дальнейшее тридцатиоднодневное плавание по Индийскому океану было довольно однообразно. Начало мая не лучше, как у нас: небо постоянно облачно; редко проглядывало солнце. Ни тепло, ни холодно. Некоторые, однако ж, оделись
в суконные платья — и умно сделали. Я упрямился, ходил
в летнем, зато у меня не раз схватывало зубы и висок. Ожидали зюйд-вестовых ветров и громадного волнения, которому было где разгуляться
в огромном бассейне, чистом от самого полюса; но ветры стояли нордовые и все-таки благоприятные.
Англия предоставляет теперь право избрания членов Законодательного совета самой колонии, которая, таким образом, получит самостоятельность
в своих действиях, и
дальнейшее ее существование может с этой минуты упрочиваться на началах, истекающих из собственных ее нужд.
Сегодня опять японцы взяли контр-презенты и уехали. Мы
в эту минуту снимаемся с якоря. Шкуна идет делать опись ближайшим к Японии островам, потом
в Шанхай, а мы к берегам Сибири; но прежде, кажется, хотят зайти к корейским берегам. Транспорт идет с нами.
В Едо послано письмо с приглашением полномочным прибыть
в Аниву для
дальнейших переговоров.
Зато избавляю себя и вас от
дальнейших воззрений и догадок: рассмотрите эти вопросы на досуге,
в кабинете, с помощью ученых источников. Буду просто рассказывать, что вижу и слышу.
Адмирал, между прочим, приказал прибавить
в письме, что «это событие случилось до получения первых наших бумаг и не помешало им распорядиться принятием их, также определить церемониал свидания российского полномочного с губернатором и т. п., стало быть, не помешает и
дальнейшим распоряжениям, так как ход государственных дел
в такой большой империи остановиться не может, несмотря ни на какие обстоятельства.
Мы уже видели, что так называемые вериги его были не более как помочи; из
дальнейших же объяснений летописца усматривается, что и прочие подвиги были весьма преувеличены Грустиловым и что они
в значительной степени сдабривались духовною любовью.
Но пастух на все вопросы отвечал мычанием, так что путешественники вынуждены были, для
дальнейших расспросов, взять его с собою и
в таком виде приехали
в другой угол выгона.
К сожалению, летописец не рассказывает
дальнейших подробностей этой истории.
В переписке же Пфейферши сохранились лишь следующие строки об этом деле:"Вы, мужчины, очень счастливы; вы можете быть твердыми; но на меня вчерашнее зрелище произвело такое действие, что Пфейфер не на шутку встревожился и поскорей дал мне принять успокоительных капель". И только.
Николай Парфенович хоть и внес
в протокол, но проявил при сем неприятном случае самую похвальную деловитость и умение распорядиться: после строгого внушения Мите он сам тотчас же прекратил все
дальнейшие расспросы касательно романической стороны дела и поскорее перешел к существенному.
Ибо
в этих трех вопросах как бы совокуплена
в одно целое и предсказана вся
дальнейшая история человеческая и явлены три образа,
в которых сойдутся все неразрешимые исторические противоречия человеческой природы на всей земле.
«Вы спрашиваете, что я именно ощущал
в ту минуту, когда у противника прощения просил, — отвечаю я ему, — но я вам лучше с самого начала расскажу, чего другим еще не рассказывал», — и рассказал ему все, что произошло у меня с Афанасием и как поклонился ему до земли. «Из сего сами можете видеть, — заключил я ему, — что уже во время поединка мне легче было, ибо начал я еще дома, и раз только на эту дорогу вступил, то все
дальнейшее пошло не только не трудно, а даже радостно и весело».
Кажется, родитель ему и тогда не понравился; пробыл он у него недолго и уехал поскорей, успев лишь получить от него некоторую сумму и войдя с ним
в некоторую сделку насчет
дальнейшего получения доходов с имения, которого (факт достопримечательный) ни доходности, ни стоимости он
в тот раз от Федора Павловича так и не добился.
Общество отсекает его от себя вполне механически торжествующею над ним силой и сопровождает отлучение это ненавистью (так по крайней мере они сами о себе,
в Европе, повествуют), — ненавистью и полнейшим к
дальнейшей судьбе его, как брата своего, равнодушием и забвением.
Дальнейшее нам известно: чтобы сбыть его с рук, она мигом уговорила его проводить ее к Кузьме Самсонову, куда будто бы ей ужасно надо было идти «деньги считать», и когда Митя ее тотчас же проводил, то, прощаясь с ним у ворот Кузьмы, взяла с него обещание прийти за нею
в двенадцатом часу, чтобы проводить ее обратно домой.
Я же возразил ему, что, напротив, церковь должна заключать сама
в себе все государство, а не занимать
в нем лишь некоторый угол, и что если теперь это почему-нибудь невозможно, то
в сущности вещей несомненно должно быть поставлено прямою и главнейшею целью всего
дальнейшего развития христианского общества.
Капитализм осужден не только потому, что
в нем есть моральное зло эксплуатации, но также и потому, что капиталистическая экономика перестала быть продуктивной, мешает
дальнейшему развитию производственных сил и исторической необходимостью обречена на смерть.
«Молодец, красивый мужчина: но какая простота… чтоб не сказать больше… во взгляде,
в манерах! Ужели он — герой Веры!..» — думал Райский, глядя на него и с любопытством ожидая, что покажет
дальнейшее наблюдение.
Он дал себе слово объяснить, при первом удобном случае, окончательно вопрос, не о том, что такое Марфенька: это было слишком очевидно, а что из нее будет, — и потом уже поступить
в отношении к ней, смотря по тому, что окажется после объяснения. Способна ли она к
дальнейшему развитию или уже дошла до своих геркулесовых столпов?
И рисует воображение
дальнейшую картину: вышел печальный и мрачный поэт из клуба, пошел домой, к Никитским воротам,
в дом Гончаровых, пошел по Тверской, к Страстной площади.
При
дальнейшем осмотре
в стенах оказались еще какие-то ниши, тоже, должно быть, каменные мешки.
У цирюльников было правило продержать десять минут банку, чтобы лучше натянуло, но выходило на деле по-разному.
В это время цирюльник уходил курить, а жертва его искусства спокойно лежала, дожидаясь
дальнейших мучений. Наконец терпения не хватало, и жертва просила окружающих позвать цирюльника.
К трем часам дня отряд наш стал подходить к реке Уссури. Опытный глаз сразу заметил бы, что это первый поход. Лошади сильно растянулись, с них то и дело съезжали седла, расстегивались подпруги, люди часто останавливались и переобувались. Кому много приходилось путешествовать, тот знает, что это
в порядке вещей. С каждым днем эти остановки делаются реже, постепенно все налаживается, и
дальнейшие передвижения происходят уже ровно и без заминок. Тут тоже нужен опыт каждого человека
в отдельности.
Дальнейший план работ был намечен следующим образом: Г.И. Гранатману было поручено пройти горами между Арзамасовкой и Сибегоу (приток Тадушу), а А.И. Мерзляков должен был обойти Арзамасовку с другой стороны.
В верховьях Тадушу мы должны были встретиться. Я с остальными людьми наметил себе путь по побережью моря к заливу Владимира.
Вечером стрелки и казаки сидели у костра и пели песни. Откуда-то взялась у них гармоника. Глядя на их беззаботные лица, никто бы не поверил, что только 2 часа тому назад они бились
в болоте, измученные и усталые. Видно было, что они совершенно не думали о завтрашнем дне и жили только настоящим. А
в стороне, у другого костра, другая группа людей рассматривала карты и обсуждала
дальнейшие маршруты.
Вечером я сидел с Дерсу у костра и беседовал с ним о
дальнейшем маршруте по реке Лефу. Гольд говорил, что далее пойдут обширные болота и бездорожье, и советовал плыть на лодке, а лошадей и часть команды оставить
в Ляличах. Совет его был вполне благоразумный. Я последовал ему и только изменил местопребывание команды.
Я обо всем предупреждаю читателя, потому скажу ему, чтоб он не предполагал этот монолог Лопухова заключающим
в себе таинственный намек автора на какой-нибудь важный мотив
дальнейшего хода отношений между Лопуховым и Верою Павловною; жизнь Веры Павловны не будет подтачиваться недостатком возможности блистать
в обществе и богато наряжаться, и ее отношения к Лопухову не будут портиться «вредным чувством» признательности.
Наконец, вере может быть доступно даже настоящее, поскольку дело идет о неизвестных рассудку его законах [Во II главе Послания к Евреям вере дано истолкование и
в том и
в другом смысле: «верою познаем, что веки устроены словом Божиим, так что из невидимого произошло видимое» (ст. 3);
дальнейшее содержание главы говорит о вере как основе не мотивированных разумом и оправдываемых только верою поступков (см. всю эту главу).].
Поэтому богословие «more geometrico» [Геометрический метод (лат.) — метод построения «Этики» Спинозы.],
в котором бы все было приведено к рассудочному единству и ясности, наперед возбуждает к себе подозрительность — недаром такие рациональные построения свойственны были именно нерелигиозному веку деизма [Религиозно-философское воззрение, возникшее
в эпоху Просвещения, отводившее Богу роль «первого толчка» без всякого
дальнейшего вмешательства
в земные дела.] и просветительства.
В Английской революции, как имеющей религиозную основу, народ еще рассматривается
в качестве суверена ex iure divino, во Французской же, как и во всех
дальнейших революциях, речь идет о неразгаданной, но для всех явной реальности коллектива, воля которого священна, а потому и есть высший источник правообразования.
Если собрание «двух или трех верующих» ощутит себя реально кафоличным и на самом деле будет таковым, то зерно вселенского собора тем самым уже дано, а признание его есть дело
дальнейшей церковной истории [Разве же св. Афанасий Великий с горстью своих сторонников не являлся носителем подлинного кафолического сознания Церкви
в то время, когда количественное ее большинство упорствовало
в ереси?].
Разумеется, при всякой такой задержке
в дискурсивном беге обнаруживается вся произвольность каждой остановки, а вместе и необходимость «снятия» ее или
дальнейшего движения к новой точке, опять для нового «снятия».
Правда, риторическое и расплывчатое изложение Шлейермахера, особенно при
дальнейшем развитии его мысли, допускает различные истолкования, приближающие его учение то к спинозизму (Франк) [Имеется
в виду предисловие С. Л. Франка к переведенным им «Речам о религии к образованным людям, ее презирающим» Ф. Шлейермахера (М., 1911).], то к христианской ортодоксии, от которой лично он вообще не отступал и особенно приблизился к ней
в позднейших своих сочинениях.